Other Translations: Deutsch , English
From:
Saṁyutta Nikāya 42.3 Саньютта Никая 42.3
1. Gāmaṇivagga 1. Начальник
Yodhājīvasutta Йодхаджива
Atha kho yodhājīvo gāmaṇi yena bhagavā tenupasaṅkami; upasaṅkamitvā …pe… ekamantaṁ nisinno kho yodhājīvo gāmaṇi bhagavantaṁ etadavoca: И тогда начальник наёмников Йодхаджива подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:
“sutaṁ metaṁ, bhante, pubbakānaṁ ācariyapācariyānaṁ yodhājīvānaṁ bhāsamānānaṁ: «Уважаемый, я слышал, что в линии учителей, среди старых наёмников, говорят так:
‘yo so yodhājīvo saṅgāme ussahati vāyamati, tamenaṁ ussahantaṁ vāyamantaṁ pare hananti pariyāpādenti, so kāyassa bhedā paraṁ maraṇā parajitānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatī’ti. «Если наёмник усердный и пылкий в битве, то если его убьют и прикончат, в то время как он пребывает усердным и пылким в битве, тогда с распадом тела, после смерти, он перерождается среди божеств, погибших в битве».
Idha bhagavā kimāhā”ti? Что Благословенный скажет на это?»
“Alaṁ, gāmaṇi, tiṭṭhatetaṁ; mā maṁ etaṁ pucchī”ti. «Довольно, начальник, оставь это. Не спрашивай меня об этом».
Dutiyampi kho …pe… Во второй раз и
tatiyampi kho yodhājīvo gāmaṇi bhagavantaṁ etadavoca: в третий раз начальник наёмников Йодхаджива сказал:
“sutaṁ metaṁ, bhante, pubbakānaṁ ācariyapācariyānaṁ yodhājīvānaṁ bhāsamānānaṁ: «Уважаемый, я слышал, что в линии учителей, среди старых наёмников, говорят так:
‘yo so yodhājīvo saṅgāme ussahati vāyamati, tamenaṁ ussahantaṁ vāyamantaṁ pare hananti pariyāpādenti, so kāyassa bhedā paraṁ maraṇā parajitānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatī’ti. «Если наёмник усердный и пылкий в битве, то если его убьют и прикончат, в то время как он пребывает усердным и пылким в битве, тогда с распадом тела, после смерти, он перерождается среди божеств, погибших в битве».
Idha bhagavā kimāhā”ti? Что Благословенный скажет на это?»
“Addhā kho tyāhaṁ, gāmaṇi, na labhāmi: «В самом деле, начальник, мне не достучаться до тебя, когда я говорю:
‘alaṁ, gāmaṇi, tiṭṭhatetaṁ; mā maṁ etaṁ pucchī’ti. «Довольно, начальник, оставь это. Не спрашивай меня об этом».
Api ca tyāhaṁ byākarissāmi. Но всё же я отвечу тебе.
Yo so, gāmaṇi, yodhājīvo saṅgāme ussahati vāyamati, tassa taṁ cittaṁ pubbe gahitaṁ dukkaṭaṁ duppaṇihitaṁ: Когда, начальник, наёмник усердный и пылкий в битве, то его ум уже низок, испорчен, направлен неправильным образом так:
‘ime sattā haññantu vā bajjhantu vā ucchijjantu vā vinassantu vā mā vā ahesuṁ iti vā’ti. «Пусть эти существа будут убиты, повержены, уничтожены, ликвидированы, истреблены».
Tamenaṁ ussahantaṁ vāyamantaṁ pare hananti pariyāpādenti; Если затем другие убьют его, прикончат его, по мере того как он пребывает усердным и пылким в битве,
so kāyassa bhedā paraṁ maraṇā parajito nāma nirayo tattha upapajjatīti. тогда с распадом тела, после смерти, он перерождается в «Аду Убитых Воинов».
Sace kho panassa evaṁ diṭṭhi hoti: Но если он придерживается такого воззрения как это:
‘yo so yodhājīvo saṅgāme ussahati vāyamati tamenaṁ ussahantaṁ vāyamantaṁ pare hananti pariyāpādenti, so kāyassa bhedā paraṁ maraṇā parajitānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatī’ti, sāssa hoti micchādiṭṭhi. «Если наёмник усердный и пылкий в битве, то, если его убьют и прикончат, в то время как он пребывает усердным и пылким в битве, тогда с распадом тела, после смерти, он перерождается среди божеств, погибших в битве», – то это его неправильное воззрение.
Micchādiṭṭhikassa kho panāhaṁ, gāmaṇi, purisapuggalassa dvinnaṁ gatīnaṁ aññataraṁ gatiṁ vadāmi—А человека с неправильными воззрениями, я говорю тебе, ожидает одна из этих двух участей:
nirayaṁ vā tiracchānayoniṁ vā”ti. либо ад, либо мир животных».
Evaṁ vutte, yodhājīvo gāmaṇi parodi, assūni pavattesi. Когда так было сказано, начальник Йодхаджива закричал и заплакал.
“Etaṁ kho tyāhaṁ, gāmaṇi, nālatthaṁ: Благословенный сказал: «Я так и не достучался до тебя, когда сказал:
‘alaṁ, gāmaṇi, tiṭṭhatetaṁ; mā maṁ etaṁ pucchī’”ti. «Довольно, начальник, оставь это. Не спрашивай меня об этом».
“Nāhaṁ, bhante, etaṁ rodāmi yaṁ maṁ bhagavā evamāha; «Я рыдаю не из-за того, уважаемый, что сказал мне Благословенный,
api cāhaṁ, bhante, pubbakehi ācariyapācariyehi yodhājīvehi dīgharattaṁ nikato vañcito paluddho: но потому, что меня долгое время дурили, надували и обманывали те старые наёмники в линии учителей, которые говорили:
‘yo so yodhājīvo saṅgāme ussahati vāyamati, tamenaṁ ussahantaṁ vāyamantaṁ pare hananti pariyāpādenti, so kāyassa bhedā paraṁ maraṇā parajitānaṁ devānaṁ sahabyataṁ upapajjatī’”ti. «Если наёмник усердный и пылкий в битве, то если его убьют и прикончат, в то время как он пребывает усердным и пылким в битве, тогда с распадом тела, после смерти, он перерождается среди божеств, погибших в битве».
“Abhikkantaṁ, bhante …pe… «Великолепно, уважаемый! Великолепно, уважаемый! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно так же Благословенный различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Благословенном, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе монахов.
ajjatagge pāṇupetaṁ saraṇaṁ gatan”ti. Пусть Благословенный помнит меня как мирского последователя, принявшего в нём прибежище с этого дня и на всю жизнь».
Tatiyaṁ.